Konica Minolta является уникальной компанией, которая производит и поставляет комплексные решения для цифровой текстильной печати: машины, печатные головы, чернила и приборы для контроля цвета. Кроме того, в портфеле компании масса инновационных решений для смежных рынков полиграфии и упаковки, а также других отраслей промышленности и бизнеса. О текстильном направлении деятельности компании мы расспросили главу российского подразделения Konica Minolta Николая Дмитриева.

Глава российского подразделения Konica Minolta Николай Дмитриев

— Какова статистика инсталляций текстильных машин Konica Minolta?
— Всего в мире установлено более 600 наших машин для прямой печати по ткани. Первый и основной рынок — европейский: Италия, Турция, Франция и т. д.; второй — азиатский регион: Индия, Китай; и мы номер один на японском рынке цифровой текстильной печати. Практически весь японский рынок — это наши машины, потому что с момента выхода на рынок прямой печати по текстилю мы были единственной японской компанией, производящей подобного рода оборудование.

— В чём заключается позиционирование компании Konica Minolta в области цифровой текстильной печати?
— Мы уже долгое время являемся уникальной компанией на этом рынке. Наш путь в текстильной печати начался с того, что мы производили струйные печатающие головы, выпускали премиальную бумагу с микропористым покрытием, и в конце 90-х мы представили первую машину для печати на текстиле, только для японского рынка.
Затем наши европейские партнёры, оценив возможности техники, предложили сделать машину для европейского рынка. Так появился Nassenger II.
Сейчас у нас отдельный офис в Италии, который занимается продвижением современных текстильных решений от Konica Minolta.

С того времени и по сей день мы самостоятельно разрабатываем и производим печатные головы, машины и чернила, плюс решения для контроля цвета.

Таким образом, у нас получается полный замкнутый цикл — от разработки до производства, что отличает нас от других компаний-поставщиков, которые предлагают открытые технологии, связанные с использованием в производстве компонентов и материалов сторонних производителей. Контроль над всеми аспектами производства в результате гарантирует заданный уровень качества прямой печати по текстилю.

У каждой системы есть свои плюсы и минусы. При использовании чернил сторонних производителей остаётся риск повреждения голов. Мы же всегда даём годовую гарантию на печатные головы и гарантируем, что срок их эксплуатации составит порядка трёх и более лет при активной эксплуатации машин и использовании наших оригинальных чернил.

Конечно, если материал будет бить по головам (хотя у нас установлена защита), будут резкие перепады температуры или сбои питания, то это негативно скажется на сроке службы. Но если эти три момента отрегулированы, то наши головы с нашими же чернилами «ходят» очень долго и рассчитаны на серьёзные объёмы производства.

Чернила производства Konica Minolta отличаются также тем, что они более плотные, позволяют добиваться более ярких насыщенных оттенков.

Совсем недавно мы представили новые чёрные чернила с повышенной оптической плотностью. Они очень популярны, в Турции, например. В наших 9-красочных машинах часто две головы используют с чёрным цветом, чтобы он был суперплотным. То есть мы можем добиваться эффекта, как будто ткань окрашена в массе, и при этом печатать любые красочные сюжеты.

— Konica Minolta также разработала и вывела на рынок машину для прямой печати текстиля промышленного класса. Насколько успешно она конкурирует по производительности с традиционным оборудованием?
— Однопроходную машину Konica Minolta Nassenger SP-1 мы впервые представили четыре года назад, и за два года продаж установлено уже более десятка таких машин — в Турции, Италии, Франции, Испании, Португалии… Пока эти машины работают на активных и дисперсных чернилах, если будет спрос на кислотные, то мы адаптируем их и под эту модель. Клиенты довольны, скорость запечатки более 60 метров в минуту.

Многие думают, что скорость запечатывания текстиля струйным способом ограничена механикой и режимом работы голов, на самом деле основная проблема в том, что ткань рельефна и при разгоне создаёт воздушные потоки, которые вступают во взаимодействие с каплеструйным потоком, в результате чего возникает необходимость решения целого комплекса связанных сложных физических задач.

— Оборудование от Konica Minolta может работать с пигментными чернилами?
— Пигмент у нас успешно протестирован с машиной Nassenger 120, в ней стоят головы 512-й модели, а на скоростных машинах (с головами 1024) мы пигмент не тестировали, так как такой потребности на рынке нет. Говоря о пигменте, что мы видим глобально? В Европе пигмента практически нет, единичные инсталляции (у нас их всего две, к примеру), потому что в Европе потребителям необходим определённый уровень качества. На развивающихся рынках, где требования к качеству более гибкие, определённый запрос на пигмент есть.

— Как ваше оборудование для цифрового текстиля представлено в России?
— Мы вышли на российский рынок печати по текстилю пять лет назад. Вместе с нашим партнёром, компанией «Пятый партнёр», была запущена первая машина. На тот момент мы «пробовали» и изучали рынок, все эти годы, по сути, прошли под эгидой наработки экспертизы в данном направлении.
На сегодняшний день мы единственная в России компания,
у которой есть собственный шоу-рум с двумя установленными в нём цифровыми индустриальными машинами для печати по текстилю под кислотные и реактивные чернила.

Возможно, в скором времени там будет установлена третья машина, под пигментные чернила, сейчас мы оцениваем спрос. Главное преимущество пигментных чернил при прямой печати по текстилю — возможность печати практически по любым тканям: хлопок, лён, шерсть, полиэстр, смесевые и т. д., без необходимости дополнительно обрабатывать ткань, кроме температурного закрепления красителя.

— Расскажите, пожалуйста, немного подробнее о демозале компании «Пятый партнёр»?
— «Пятый партнёр» — наш эксклюзивный партнёр по продажам текстильного оборудования с обу­ченными инженерами, технологами и наработанной экспертизой, на мой взгляд, одной из лучших
в России. У них на площадке установлены две наших системы — Nassenger 60 и Nassenger 8. Если посмотреть на их мощности с точки зрения обработки ткани — пропитки, зрельника, стирки и сушки ткани, то мы поймём, что Nassenger 8 там избыточен. Окупить его с точки зрения производства здесь невозможно. Это больше лабораторная, тестовая площадка для всех потенциальных клиентов, которые могут здесь всё детально изучить, запечатать образцы своих тканей и т. д.

Для производства трикотажа необходима масса процессов помимо печати, требуется другое финишное оборудование. Если посмотреть на любое текстильное производство, там много отделочного оборудования, которое работает с уже запечатанной тканью.

В этом году запустится новое уникальное производство компании Digital Textile, на котором будет установлена наша машина Nassenger 8, а также много уникального отделочного оборудования для трикотажа, что позволит запечатывать ткани с европейским уровнем качества.

— Konica Minolta приобрела недавно производство печатных голов компании Panasonic. В чём состояла цель и что это даст?
— По сути, мы приобрели технологию MEMS, на основе которой строил свои разработки Panasonic. Теперь будем доводить их до необходимого нам уровня и использовать в будущем поколении наших печатных голов, текстильных в том числе.

Мы прекрасно понимаем, что за струйными технологиями будущее. Если в полиграфии в третьем формате закрепились тонерные технологии, то в больших форматах будут развиваться струйные технологии, везде, где требуются высокие скорости. Это наши листовые машины большого формата AccurioJet KM-1, рулонные решения, которые, возможно, мы в будущем будем разрабатывать и т. д.

— Вы недавно принимали участие в V Всероссийском форуме лёгкой промышленности Минпромторга России. Какие основные особенности и проблемы, на ваш взгляд, он показал применительно к цифровой трансформации текстильной отрасли?
— Позволю себе начать немного издалека. Мы, пожалуй, единственный из производителей цифрового печатного оборудования, кто работает сразу на трёх рынках — лис­тового оборудования для коммерческой полиграфии, оборудования для печати малотиражной узко­рулонной этикетки и на текстильном рынке.

Что мы видим на полиграфическом рынке, если окинуть его ретроспективным взглядом. С появлением коммерческих цифровых машин 20 лет назад традиционные полиграфисты смотрели на них как на что-то несерьёзное. Но появилась масса малых типографий и агентств, которые на базе этой техники стали расти. И сейчас мы видим массу примеров, когда эти «цифровики» не только развились в крупные предприятия цифровой печати, которые забирают всё большую долю рынка у офсетных типографий, но и выходят на рынок традиционной печати и сами приобретают офсетное оборудование.

Есть примеры типографий, которые начинали с маленькой цифровой машины и становились конкурентами промышленным монстрам, «вдруг» вырастая у них за спиной. А те офсетчики, которые поверили в цифру и вступили на путь цифровой трансформации, чувствуют себя гораздо более органично и уверенно в цифровую эру. И в текстиле, куда цифра пришла несколько позже, в России происходит сейчас то же самое.

Если мы возьмём «этикетку», картина будет несколько иной. Традиционные флексопроизводства осознали необходимость цифровых печатных машин и стали интегрировать их в свои производства. И на этом рынке практически нет таких новичков, которые бы начинали строить цифровое производство с нуля. То есть этот рынок вовремя осознал необходимость цифровой трансформации и успешно идёт по этому пути в России.

Если взять российскую текстильную отрасль, то она похожа на первый из приведённых примеров — офсетный. Крупные текстильщики у нас смотрят на цифровую печать как на нечто несерьёзное, максимум как на сублимацию. И если в Европе в цифровое производство входят традиционные текстильные фабрики, то у нас это в основном новички, пришедшие из дизайна или других смежных областей.

Текстильной отрасли необходима цифровая трансформация, иначе все разговоры об экспортном потенциале останутся проектами. Производство продукции в склад сейчас в мире никому не нужно. Современное производство работает не на склад, а на полку магазина или вешалку. Задача любого производителя изготовить продукцию практически в тот момент, когда она необходима на полке магазина, чтобы не было никаких складских остатков.

Чтобы не быть голословным, приведу реальный пример из нашей практики. Один из известных мировых брендов разместил заказ на производство 120 км ткани у нашего заказчика, которому мы только-только инсталлировали новую однопроходную машину Nassenger SP-1. Так как это был по сути первый заказ на только что запущенном производстве, наши инженеры из Японии присутствовали при его печати — на весь процесс ушло всего 4 дня. Представляете, каково было их удивление, когда они через неделю вернулись домой и увидели в японских магазинах данной торговой сети уже готовую сшитую продукцию из той самой ткани.

Чтобы убедиться в своём предположении, купили платье, принесли в офис, изучили — это действительно оказалась та самая ткань. Вернулись в магазин, чтобы купить ещё платьев в качестве образцов, а вся коллекция распродана! Это и есть фаст фэшн!

При использовании классической технологии на производство нового изделия с новым дизайном минимум 4 дня уходит только на подготовку: формы, замес красок, проверка цветов, тестовая печать и т. д. Плюс 2–3 дня на саму печать с дальнейшей обработкой ткани.

В нашем случае с применением цифровых технологий от момента поступления заказа до появления уже конечных изделий на прилавках магазинов во всём мире прошло всего 10 дней! Иногда это может занять и того меньше — до четырёх дней. Поэтому нашей отрасли необходима цифровая трансформация.

Что мы видим, когда приезжаем на европейское цифровое производство? Бесконечную череду развешенных образцов. Мы выбираем артикул, цвет, модификацию, и через несколько дней у нас будет готовая ткань. Пятьдесят, сто мет­ров — не вопрос!

Все сравнивают себестоимость цифровой и традиционной ротационной печати… Но при подобных сравнениях необходимо учитывать все составляющие бизнеса, в том числе и экологические: не секрет, что традиционные текстильные производства не экологичны, цифра решает и данный вопрос.

Конференция в Иваново показала, что интерес и спрос на цифру есть, но сравниваются не те показатели, мышление должно поменяться! Необходима трансформация производства и бизнес-моделей и вхождение в пресловутую цифровую экономику.

Беседовал Александр Шмаков